КЛЯКСА или Темное пятно на нашей биографии

– Я не хочу обратно! – уже, наверное, сотый раз подряд, полным отчаяния голосом, вскрикивал Александр прямо в лицо сидящему напротив него Ангелу (для удобства повествования мы именуем здесь находящуюся в междумирье душу, по имени её последней прожитой в теле жизни). В ответ Ангел, как бы соглашаясь с Александром, равнодушно кивал головой. Не меняя при этом своей позы и выражения лица, он сосредоточенно и кропотливо что-то записывал в лежащей на столе анкете.

– Я НЕ ХОЧУ ОБРАТНО!!! НЕ ХОЧУ!!! Прошу Вас, услышьте меня!!! Ад, Чистилище, Отдаление, Заточение, Изоляция! – ВСЁ, ЧТО УГОДНО, но только не ВОЗВРАЩЕНИЕ, – настойчиво продолжал повторять Александр срывающимся от отчаяния и безысходности голосом.  

– Неужели вы не понимаете? НЕ - ХО - ЧУ ОБ - РАТ – НО. НЕ! ХО! ЧУ!!! – тут он непроизвольно перешел уже на совсем неприличный, учитывая данные обстоятельства, повышенный грубый тон.

По-прежнему сохраняя полную невозмутимость, Ангел снова равнодушно кивнул и продолжал заполнять своим ровным безукоризненным, свойственным всему ангельскому сообществу почерком, следующую анкетную страницу. В конец обессилев, Александр замолк и, сидя в той же, крайне неудобной позе на маленькой конторской табуретке, по другую сторону стола от Ангела, как-то враз обмяк. Ангел, с видом запрограммированной машины спокойно сыпал буковку за буковкой на гладкие анкетные листочки. В наступившей тишине было отчетливо слышно только размеренное шуршание по бумаге записывающего устройства. Не выдержав затянувшейся тишины и напряжения, Александр заплакал.  

– Не хочу, – снова раздались в маленьком и почти голом кабинете небесной канцелярии его мольбы, – не хочу, – повторил он совсем слабеющим голосом, уже не пытаясь сдерживать свои рыдания.  – Не хочу, слышите, не хочу…

Наконец, все необходимые формальности были улажены. Ангел поставил точку. И, аккуратно сложив в ровную стопку поблескивающие разноцветным отливом канцелярские листы, четко объявил:

– Через два дня вы возвращаетесь на Землю. Решение окончательное и обжалованию не подлежит.

Услышав это, Александр с шумом втянул в себя воздух. С минуту пожевал его широко раскрытым ртом и, вскинув в каком-то особом просяще-моляще-протестном порыве вверх руки, рухнул через мгновение с табурета без сознания.

 

Двумя часами позже. Небесная канцелярия. Лечебный департамент.  Отделение капитальной прочистки мозгов. Отдельная палата.

Александр, с бледным от изнеможения лицом лежит в пустой, ярко освещенной комнате на белой кровати. Он сам и его одежда, такая же белая, как и все вокруг, сливаются с интерьером. И из-за этого он почти неразличим. Несмотря на это, сидящий возле него Ангел из отдела реабилитации отчетливо видит всё, что касается состояния Александра. Всё и во всех нюансах: даже самые мельчайшие движения мимики и внутренние колебания Александра не ускользают от его зоркого, сканирующего взгляда. Ведь в числе прочего это входит в круг его прямых обязанностей – замечать всё и своевременно реагировать на детали.

– Не хочу, – слабо простонал Александр, едва открывая глаза. – Неужели ничего нельзя сделать?

В ответ Ангел, до этого пристально вглядывающийся в его лицо, отрицательно покачал головой. Окончательно придя в себя от очередного неумолимого и безысходного «НЕТ», так хорошо и ясно читаемого на лице Ангела, Александр резким рывком поднялся на кровати. Но только он открыл рот, чтобы снова–здорово завопить на полную катушку свое, порядком уже поднадоевшее в стенах небесной канцелярии, «НЕ ХОЧУ!», как Ангел сделал навстречу ему плавное движение рукой, Александр мгновенно обмяк, и тут же безвольно откинулся на мягкие больничные подушки…

– Тс-с, – прижал палец к губам Ангел. – Вам не нужно волноваться. Вам следует хорошо отдохнуть. До отправки назад осталось ровно сорок шесть часов, и нужно набраться сил и как следует сосредоточиться исключительно на ЦЕЛИ вашей очередной жизни. На нашу беседу отведено всего три часа, и будет лучше, максимально сконцентрировав для этого свое внимание, потратить отведенное время с пользой для себя.  

– Что, действительно нет никакой возможности больше туда не возвращаться? – снова направлял Александр начатую беседу в единственно волнующее его русло. – Это ведь невосполнимая потеря в р е м е н и, отведенного для совершенства.

– НЕТ, – снова и снова терпеливо качал головой пожилой добросердечный Ангел и переводил беседу на самое актуальное сейчас для Александра направление. – Очередного СПУСКА на землю Вам не избежать. К сожалению, времени у нас осталось не так много и самое лучшее сейчас – сосредоточиться на условиях прохождения необходимого урока с обязательным постижением последнего аргумента, если вы и вправду хотите больше ТУДА не возвращаться.

– А почему меня нельзя уже сейчас оставить? – снова одним рывком сел на кровати Александр. – Я прожил 641 жизнь в человеческих телах. Неужели этого недостаточно? Я точно помню: перед последним спуском мне говорили, что осталось даже не пройти, а просто закрепить некоторые усвоенные уроки. Что в результате этого я практически автоматом приближусь к внепричинному коридору и ВСЁ!!! ФЬЮЮЮТЬ! И я навсегда ДОМА!!! И больше никогда, никогда!!! Слышите меня? Никогда не вернусь на Землю! И что получается, опять? В чем причина? – заскрипев от обиды и злости зубами, Александр, по вполне земной привычке, инстинктивно потянул руки к отворотам белой Ангельской одежды. Но даже при этом, в некотором смысле угрожающем движении, Ангел, как и прежде, не пошевелился. С той же сочувствующей грустью он посмотрел на Александра и произнес:

– В «ТЁМНОМ ПЯТНЕ».

– Как это могло произойти? – последующие сорок минут «крутил новую пластинку» Александр. – Я же отчетливо вспомнил все прошлые уроки, с детства имел веру, всю свою жизнь вел духовную практику, старался, как мог… Как могло произойти, что я не доработал? Ведь речь идет не просто об ошибках, а о «темном пятне» на моем сущностном «Я», если я правильно понимаю?

– Да, – перестал, наконец, несогласно качать головой Ангел и даже еле заметно кивнул в знак усиления подтверждения. Затем, предвидя новый виток «пластинки», решительно взял инициативу в свои руки:

– Есть простой, но непреложный духовный закон: если вы стараетесь изо всех сил и «проваливаетесь» на чем-то, то это не уменьшает вашего духовного запаса и не вредит вашему глубинному существу. Но, если вы знаете, что делаете плохо, имеете достаточно сил, чтобы бороться и всё равно поступаете неправильно, тогда – дело плохо. На начальных духовных этапах это ещё можно компенсировать, к примеру, простым раскаянием, совершением положительных поступков, выполнением религиозных обязанностей, милостыней… Но на уровне, подобном вашему, это наносит серьезный вред. В общем, с таким досье, как теперь, мы, к сожалению, никак не сможем оставить вас для продолжения обучения в междумирье. И вам, в обязательном порядке, как минимум, еще один раз, придется спускаться на Землю... Максимум, что мы сейчас можем сделать в такой ситуации, – это поставить вам в оставшееся до отправки на Землю время капельницу для небольшой ментально-духовной промывки и чистки. После неё вам будет легче не повторить допущенной в последней жизни ошибки и помнить, что получить право остаться для окончания обучения в междумирье можно, только совершая максимально возможные, неустанные и непрекращающиеся усилия на духовном пути... Извините, выделенное вам время истекло. Сейчас придет Ангел из медицинского отдела. Он поставит вам капельницу, а после этого вас немедленно отправят на Землю. Постарайтесь сконцентрироваться, насколько это возможно, на цели вашего очередного пребывания там. Шестьсот сорок вторая земная жизнь – это не шутка. Пора серьезно взяться за ум и больше не совершать таких ошибок. УДАЧИ ВАМ!!!

Еще через пять минут, глядя на мерно бегущую из капельницы прозрачную очищающую сыворотку, Александр заснул…

Во сне он опять увидел то же сияние неописуемой силы, которое он чувствовал в последние дни. Невероятное по своей красоте и притягательности. Зовущее к себе и заставляющее душу волноваться. Через некоторое время, почувствовав чьё-то, почти воздушное прикосновение, он проснулся. Перед ним стоял Ангел из команды отправки в белой одежде и с синим мигающим крестиком на груди.

Пробуждаясь от сна, и еще помня волшебную силу сияния, Александр потянулся на кровати и, глядя куда-то поверх головы Ангела, радостно улыбнулся и уверенно произнес: «Я ГОТОВ!»

Приближение к НЕМУ – это Всё.